Острова юности, или Происхождение поэта
I
У Шеймаса Хини, выдающегося ирландского поэта и не менее замечательного критика, есть эссе, озаглавленное «The Place of Writing» — название, которое нелегко перевести на русский язык. Место писания? Дом поэта? Но речь идет не только о доме, но и вообще о месте, где живет поэт или писатель, со всей аурой, которой его окружает — землей, водой и небом. Может быть, «родина вдохновения»? Оставим это выражение, за неумением подобрать ничего лучшего. (more…)
«Парень из Шропшира» и его тихие песни
Старался студент, но зачета не сдал,
Искусств бакалавром, увы, он не стал.
Аой!
Служил регистратор в патентном бюро,
Служил, но порою чесалось перо.
Аой!
Сидел в кабинете ученый сухарь,
Он душу отдал за латинский словарь.
Аой!
I
В этих эпических строках — главные вехи творческой карьеры А. Е. Хаусмана (1859–1936). Честолюбивый и способный студент, он, действительно, умудрился провалиться на заключительном экзамене и должен был пойти на службу. Но по вечерам после своих патентных трудов Хаусман отправлялся в Британский музей и упорно работал над латинскими текстами и комментариями. Его публикации вызывали такое уважение в ученом мире, что в 1891 году он был, несмотря на отсутствие степеней и званий, выбран заведующим латинской кафедры Лондонского университета, а еще через десять лет, в 1901 году, приглашен возглавить кафедру в Кембридже. (more…)
«Старый чеширский сыр» и с чем его едят
I
«Старый чеширский сыр» — трактир, или, по-английски, паб, в переулке возле Флит-стрит, называемом Двор Винного Акциза, потому что там некогда располагалось учреждение, выдававшее лицензии на торговлю спиртным в Лондоне. На трактирной вывеске гордо значится: «Заново открыт в 1667 году». Подразумевается, что таверна на этом месте была еще в XVI веке (и в нее захаживал сам Бен Джонсон с друзьями), а после великого пожара 1666 года ее отстроили заново. Ответ на вопрос: с чем едят «Старый чеширский сыр»? однозначен — со стихами; ведь у каждого паба своя история, а у этого — однозначно литературная. Доктор Сэмюэл Джонсон, влиятельнейший писатель XVIII века, под старость заседал здесь каждый вечер. Кого здесь только не было, если верить книжке-проспекту — да отчего же ей не верить? — от Оливера Голдсмита до сэра Артура Конан-Дойля. (more…)
«Брат Хопкинс»
Я есмь — конечно, есть и ты!
Гаврила Державин. Бог
I
В 1864 году, когда отмечался трехсотлетний юбилей Шекспира, двадцатилетний Хопкинс начал набрасывать сонет; до нас дошли лишь первые восемь строк:
шекспир
В жилищах душ людских он приобрел
Свой прочный угол. Бог, что отодвинул
От смерти день Суда, — пока не минул
Урочный час и срок не подошел,
Таит от нас верховный произвол;
Кто из поэтов спасся или сгинул —
Неведомо; тот редкий жребий вынул,
Кто сразу получил свой ореол… (more…)
Вступление к «Снарку»
Все знают, как создавалась книга о Стране Чудес. Но о поэме «Охота на Снарка» знают уже куда меньше, а ведь ее судьба довольна необычна. Есть много книг («Гулливер», «Робинзон Крузо» и так далее), которые писались для взрослых, а потом стали любимым детским чтением. Тут же получилось почти наоборот. (more…)
В Зазеркалье Алисиных глаз О некоторых лейтмотивах сказки Льюиса Кэрролла
— Теперь, когда мы увидели друг друга, — сказал Единорог, — мы можем договориться: если ты будешь верить в меня, я буду верить в тебя.
— Согласна, — отвечала Алиса.
Сказка об Алисе, наверное, самая причудливая, самая запутанная сказка на свете. Разумеется, Кэрролл написал ее, чтобы развлечь и позабавить, как пишутся все сказки. Но случилось то, чего следовало ожидать. Из-за того, что за дело взялся прирожденный шифровальщик, гениальный игрок в прятки и загадки, оказалось, что детская книга стала для автора идеальной шкатулкой с секретом, в которую он спрятал другую книгу — взрослую, нагрузив причудливые эпизоды «Алисы» иносказательным и символическим смыслом. (more…)
Льюис Кэрролл как проявитель и закрепитель
Искусство пародии основывается на даре, а лучше сказать, на инстинкте имитации, которым наделены все люди. Аристотель считал, что любое искусство есть подражание природе. Если так, то передразнивание искусства (так сказать, подражание подражанию) — это и есть пародия. (more…)
«Дул я в звонкую свирель…» Льюис Кэрролл и ангелы
В предисловии к факсимильному изданию «Алисы» 1886 года (с рукописного, украшенного собственными рисунками автора первоначального варианта сказки) Кэрролл писал:
Те, для кого душа ребенка — закрытая книга, кто не видит в его улыбке божественного света, ничего не поймут в моих словах, а для того, кто когда-то любил хоть одно реальное дитя, никакие слова не нужны. Ему ведомо то чувство благоговения, которое испытываешь в присутствии души, только-только вышедшей из рук Бога, на которую еще не пала никакая тень зла, а лишь самый краешек тени печали… (more…)
Дерево Алисы
В детстве мне не довелось прочесть «Алисы в Стране Чудес». Ее просто не было у моего поколения, как не было Винни-Пуха, Питера Пэна и других классических английских сказок. Обделили? Может быть. Зато судьба с лихвой возместила ущерб, приведя меня в гости к Алисе таким чудесным образом, что мне и померещиться не могло. (more…)
Лир с Фонарем На Носу
Когда «Книга нонсенса» была впервые опубликована Эдвардом Лиром под псевдонимом «Дерри из Дерри» (а случилось это в 1846 году), публика не сразу ее распробовала. Но, распробовав, захотела еще и еще. Пошли переиздания. Книгу затрепывали в клочья — и затрепали: кажется, даже Британская библиотека не располагает самым первым изданием. (more…)
«Я слышу голос, говорящий в ветре!» Жизнь и поэзия Альфреда Теннисона
Он говорил: «Для меня несомненно, что есть некое всеведущее Верховное существо:
не может быть, чтобы хоть одна жизнь на свете прошла неузнанной до конца или непонятой».Из воспоминаний Одри Теннисон
Наверное, никто из английских поэтов не пользовался при жизни такой общенациональной славой, как Альфред Теннисон (1809–1892). Никто не испытал посмертно такой жестокой переоценки. Новые поколения, для которых само слово «викторианство» сделалось синонимом пошлости и ханжества, не пощадили главного поэта ушедшей эпохи. Джеймс Джойс придумал ему прозвище «Лаун-Теннисон». Уистан Оден в предисловии к «Избранным стихотворениям» (1944) назвал его «самым глупым» из английской поэтов. И добавил в издевательской сноске: «Т. С. Элиот заметил мне, что он мог бы припомнить двух-трех английских поэтов еще глупее, и я был вынужден с ним согласиться». (more…)
Принцесса Гондала
I
Из всех выдуманных стран от Утопии и Лилипутии до Хоббитании и Нарнии Гондал — одна из самых загадочных. Не сохранилось ни отчетов путешественников, побывших там, ни исторических хроник. Все, что осталось, это разрозненные стихи — героические баллады, прощальные послания и горестные элегии — осколки мозаики, по которым почти невозможно восстановить связную картину, хотя такие попытки и предпринимались. Известно только, что Гондал — остров где-то в северной части Тихого океана, а Гаальдин, который короли Гондала стараются завоевать — другой остров, лежащий далеко к югу. (more…)
Разбор стихотворения Р. Браунинга «Любовник Порфирии» Форма — жанр — сюжет — интертекст
I
Начнем сo cтрофики, необычной для Браунинга и довольно примечательной самой по себе. Стихотворение написано пятистишьями с рифмовкой ababb; каждая строфа начинается катреном abab, последняя рифма которого подхватывается (удваивается) в пятой строке. Заметим, что так же начинается «королевская строфа» Чосера (ababbcc) и «спенсерова строфа» (ababbcbcc). Схема, использованная Браунингом — ababb — укороченный вариант этих знаменитых в английской поэзии (и использованных отнюдь не только Чосером и Спенсером) строф; оттого она звучит не совсем твердо и производит впечатление чего-то незаконченного и неуравновешенного. (more…)
Браунинг: между Пушкиным и Достоевским
Очевидно, что в европейских литературах всегда существовали синхронные, параллельные явления и события. Особенно хорошо они видны в ретроспективе, когда мы из своего далека, как некие парящие орлы, можем обозревать литературную карту прошлого. Чего тогда не откроется любопытному взору? Иной раз увидишь, например, как два писателя, английский и русский, не знающие абсолютно ничего друг о друге, бродят где-то рядом, буквально по одним дорожкам, и создают произведения не просто сходные по духу, а порой буквально с той же самой драматической коллизией. (more…)
«Зеленый человечек» английской поэзии О Джоне Клэре
A green delight the wounded mind endears…
John Clare1
Я ловлю себя на том, что твержу про себя стихи Клэра, хотя никогда не пытался запомнить их наизусть. Однажды он сказал одному из посетителей: «Я знаю Грея, хорошо его знаю», и это было принято как доказательство безумия. Рискну сказать с тем же убеждением: «Я знаю Клэра, хорошо знаю. Я часто плакал вместе с ним».
Роберт Грейвз
I
Полузабытый крестьянский поэт романтический эпохи — но не «второй Роберт Бернс», а, наоборот, по характеру и темпераменту абсолютно противоположный знаменитому шотландскому барду, — Джон Клэр в последние десятилетия пережил нечто вроде ренессанса: публикуются новые биографии, письма, дневники, в сериях классики издаются его стихотворения. 13 июня 1989 года в «Уголке поэтов» Вестминстерского собора, этом Пантеоне английской литературы, в котором похоронены Чосер, Диккенс и многие другие, торжественно открыли мемориал Джону Клэру. (more…)
- «Зеленый цвет — бальзам души скорбящей…». Из сонета Джона Клэра «Одиночество». [↩]
Имя, написанное на воде Заметки о Джоне Китсе
Цыганка слава
Не каждому поэту выпадает проснуться знаменитым — или просто дожить до признания своих трудов. Джона Китса после его смерти скорей жалели, чем ценили, и место ему было отведено где-то во вторых рядах английских поэтов-романтиков. По-настоящему Китса открыли лишь прерафаэлиты, и понадобился еще не один десяток лет прежде, чем он был введен в Пантеон английской литературы. (more…)
«Природы он рисует идеал» О Уильяме Вордсворте
Суровый Дант не презирал сонета,
в нем жар любви Петрарка изливал,
Игру его любил творец Макбета,
Им скорбну мысль Камоэнс облекал.И в наши дни пленяет он поэта:
Вордсворт его орудием избрал,
Когда вдали от суетного света
Природы он рисует идеал.А. Пушкин
I
Пушкин, как всегда, ухватывает главное: в то время, как поэты веками воспевали в сонетах идеал женщины, прекрасной дамы, — Вордсворт избирает своим предметом Природу. (more…)
Золотые крупицы железного века
И не одно сокровище, быть может,
Минуя внуков, к правнукам уйдет…Осип Мандельштам
Девятнадцатый век — не первый, который современники называли «железным» (еще Вергилий в четвертой эклоге предвещал конец того железного века и скорый приход золотого), но к XIX столетию по Р. Х. это название прилипло прочнее всего. Наверное, потому, что в эту эпоху паровые машины сделались основой большинства производств, сеть железных дорог оплела Европу, Америку и другие континенты, все деревянное (корабли, экипажи и так далее) стало заменяться на железное — да и отношения людей постепенно становились все механистичнее и жестче. (more…)
К другу-читателю Перед отплытием
Идея книги как «слоеного пирога», в которой переводы стихов перемежались бы статьями об авторах и широким иллюстративным рядом, впервые возникла у меня, когда я готовил антологию английской поэзии XVI века «Лекарство от Фортуны». Спустя некоторое время после выхода той книги появилась мысль сделать что-то подобное по XIX веку. Времена в чем-то сходны, а в чем-то контрастны. Та эпоха словно освещена яркой зарей Возрождения, на этой — уже лежит отсвет сумерек и заката. Там — славная Елизавета, полвека без малого просидевшая на троне, здесь — королева Виктория, правившая более шестидесяти лет, и при ней Британская империя достигла пика своего могущества. <…> (more…)